В Тюмени, как и по всей стране, идет голосование на выборах в Государственную Думу IX созыва. И, пожалуй, самое время вспомнить, что «Квартирный вопрос» на заре своего становления активно вовлекался в общественно-политическую жизнь тюменцев. Так, в предвыборной гонке губернаторов 1996 года мы решили сыграть по-крупному – пригласили в редакцию двух политиков, хорошо известных в те годы: Геннадия Райкова – недавнего Главу администрации Тюмени, депутата Государственной Думы – и Александра Черепанова – депутата Тюменской областной Думы, первого секретаря Тюменского обкома Российской коммунистической рабочей партии, главного редактора газеты «Трудовая Тюмень». Два кандидата в губернаторы, два мировоззрения, одни дебаты…
Идея была проста и соблазнительна: свести кандидатов лицом к лицу и посмотреть, полетят ли искры. Согласие получили быстро: политикам лишняя publicity никогда не мешает. А дальше началось.
Графики обоих кандидатов напоминали шифрованные послания. Райков – депутат Госдумы, к тому же кандидат в губернаторы – метался между Москвой, Нижневартовском и Тюменью. У Черепанова, областного депутата, расписан был каждый час. Журналисты «КВ» примерили на себя роль Фигаро и курсировали от приемной к приемной, пока не выбили окно: пятница, 29 ноября, «где-то после обеда».
В пятницу утром Райков должен был прилететь из Нижневартовска. Природа распорядилась иначе – вылет отменили. Началась паника. Черепанова предупредили: «А вдруг не прилетит?». Приглашенных журналистов обзвонили. Кто-то в редакции уже махнул рукой: «Все, ребята, сливай воду, суши весла».
Ближе к вечеру аэропорт «Рощино» сообщил: самолет прилетает в 19:10. Два редакционных гонца с корочками «Пресса» в карманах отправились встречать. Разумеется, по наивности встали у обычного выхода, куда подвозят пассажиров автобусы от трапа. Райков же ускользнул через служебный выход – на черном «Вольво» или белом «Ауди», точно разглядеть не удалось: только две машины промчались по взлетной полосе, видимые сквозь щели в железных воротах.
Но журналист не был бы журналистом, если бы не имел наглости. Райкова «достали» дома. Дежуривший в редакции коллега методично названивал кандидату, пока тот около девяти вечера не снял трубку. Перенесли на воскресенье, на восемь утра. Единственное окно, которое устроило всех. И дебаты состоялись.
Журналисты «КВ» надеялись на словесную дуэль – столкнуть лбами коммуниста и демократа, дать пламени разгореться. Но дуэли не вышло. Получился серьезный, деловой разговор. Собеседников можно было бы принять за одну команду, если не знать, что Александр Черепанов – коммунист крайнего толка, а Геннадий Райков – демократ, давно порвавший с КПСС.
Сходство позиций оказалось неожиданным. Оба сходились в том, что страна в кризисе, что правительство не справляется, что бюджет расходуется нерационально, а население стремительно убывает. Райков оперировал цифрами: «Год назад население России – 147 млн 700 тыс. На первое сентября этого года – на 300 тыс. меньше. И это при том, что в Россию за год прибыло 2 млн беженцев. Фактическое уменьшение – 2 млн 300 тысяч». Черепанов добавлял: «В Упоровском районе в селе Одино за год родилось два ребенка, а умерло 22 человека».
Разногласия обнаружились в методах. Черепанов считал губернатора прежде всего политиком, который должен менять курс страны. Райков – хозяйственником, который должен защищать интересы региона и рационально расходовать бюджет. «Вот и противоречия», – улыбнулся Райков.
На вопрос о приоритетах оба называли социальную сферу, сельское хозяйство, борьбу с преступностью. Черепанов рассказал историю: «На трассе голосовала женщина с ребенком. Оказывается, не было денег на хлеб – мужу зарплату выдали тремя мешками комбикорма. Женщина настряпала из комбикорма лепешек. Сама ничего, а ребенок отравился». Райков, в свою очередь, рассказал, как подъехал к посту в Ишимском районе: «Два милиционера, один в форме, другой – без. Отвечает, что служит третий месяц, форму не выдают. Рация с действием в один километр, а следующий пост – в девяти».
Когда речь зашла о главном – о жилье – позиции кандидатов снова совпали в диагнозе и разошлись в лечении.
Черепанов был категоричен: «Жилье стало недоступно простому трудяге. В советское время были очереди, но существовали гарантии. Сейчас таких гарантий нет. Купить квартиру слишком дорого, а деньги имеет тот, кто ворует». Он добавил – и это в 1996 году звучало как прямое обращение к нервам избирателя: «Мне часто задают вопрос: отберут ли коммунисты приватизированные квартиры? Нет, не отберут».
Райков был конкретнее – и, пожалуй, ближе к тому, что через годы назовут «снижением себестоимости»: «В 1988 году моторный завод (ред.: до 1990 года Райков был там гендиректором) вышел на сдачу 20 тыс. квадратных метров жилья в год. Сегодня домостроительный комбинат (ред.: речь шла о ТДСК) работает на 50% мощности. В него нужно вкладывать деньги, больше строить – и за счет этого уменьшать стоимость жилья». На реплику о том, что технология устарела, ответил: «Мы ДСК задушили, а ведь он строит наиболее массовое и дешевое жилье».
Завершились дебаты мирно. Райков: «У нас взгляды совпадают на 100% в одном – защитить простого человека. Методы разные». Черепанов: «Если люди хотят сделать хорошее дело, они должны садиться за стол и вести диалог».
Тридцать лет спустя многие формулировки звучат современно. Спор о том, как сделать жилье доступным – через государственные гарантии или через наращивание предложения и снижение себестоимости, – не закрыт и сегодня.
PS: Тем, кто желает прочитать оригинальную версию статьи, опубликованной в 1996 году, предлагаем открыть прикрепленный файл – в нем сохранилась вся редакция первоисточника, со всеми интонациями и деталями той эпохи.
По материалам газеты «Квартирный вопрос», 1996 г.
